Без темы

    И смех и грех.

  Воздушные трассы это те же дороги - дороги на небе. Правила движения на них установлены и приняты людьми. В том числе и военными. Их нарушение почти всегда приводило к трагедиям.

  Я в1983 году командовал отдельной радиолокационной ротой на Сахалине в районе поселка Костромское. В этом году, 31 августа мы выполнили заключительную фазу работы по тому знаменитому корейскому «Боингу-747», нарушившему все законы полетов и перелетов. Эти события еще будоражили воспоминания не только ПВО-шников, а и всех летчиков мира. Отпечаток в памяти был ярок и контрастен.
   
  Но служба продолжается. Мы проводим обычные плановые учения. Объявлена тревога, полные боевые расчеты на своих местах. Пост визуального наблюдения наблюдает, в окопах бдят стрелки, развернута и смотрит в утреннее небо через ракурсный прицел зенитно-пулеметная установка, возглавляемая старшиной роты. Команды , доклады, солдаты с оружием и противогазами, офицеры и прапорщики при портупеях с кобурами… - в общем работа кипит как может…
 
  Сработал пост визуального наблюдения : «На территорию роты сел вертолет МИ-8!!!»
Вылетаю из пункта управления. Точно… сидит. Винты остановились и тишина. Откуда? Кто?
Кошмар. Ведь пропустили. Ни одна РЛС его не видела. Сейчас из его утробы выйдет начальство
и будет наша рота года два греметь на всех подведениях итогов как позорная, хотя на высоте 20-25 метров ни один радар его и видеть не мог.

  Но никто из него не выходит – тишина гробовая. Посылаю прапорщика с двумя бойцами к
вертолету. Подошли при оружии. Конечно без патронов.
Открывается дверь, выходят летчики, сдают свое боевое заряженное оружие, документы.
Сами бледные их трясет. Что-то пытаются объяснить, но речь не вяжется. Ведут их ко мне.

  В это время подлетает ко мне сержант из расчета зенитно-пулеметной установки и начинает причитать: «Простите, извините, мы не хотели…, мы больше не будем…»
  Что случилось - спрашиваю? Расскажи толком. Это мы, говорит, вертолет посадили. Он сам вышел на стволы, случайно направленные в ту сторону. Ну, мы чуть-чуть его провели, - потренировались. А он и сел. Мы больше не будем... Сказал я ему, - что больше и не надо...
 
  Привели летчиков. Перепуганные не меньше сержанта. Пришлось доказывать, что мы им зла не желаем, успокаивать… А у них в памяти только стволы ЗПУ и пропал дар речи.
Они даже не предполагали, что заряженное оружие было в данный момент только у них.  
Через какое-то время диалог все же начался.
  Оказывается, три дня назад они полетели на буровую менять смену. С обратным вылетом задержались из-за погоды. Для перелета назад не было расписания кодов к самолетному ответчику. По радио их никто не даст – секретные. А работяги давят – лететь и все. Ну, месяц люди отпахали…
  Решили лететь на предельно малой высоте. И пролетели бы, если бы не кабы…
Летели конечно со страхом, припоминая недавнего «Боинга», но два десятка работяг давили…
По закону подлости попали прямо на нашу точку, на нашу ЗПУ. Увидев сволы, сопровождающие глаз в глаз решили, что это все… Жизнь промелькнула перед глазами в одно мгновенье, руки автоматом посадили машину… В салон крикнули: «Ну все … ребята, долетались, а мы ведь предупреждали …!!!». И тишина.
 А я то думал – что это в салоне сидят люди и даже в окна не выглядывают. Они все были в шоке.
И так до конца всей эпопеи никто и не высунулся. В «туалет» наверное все сходили при посадке.

  Ну дальше - согласовали с начальством, дали номер одного кода и отпустили с богом. Как там дальше развивались события у летчиков история умалчивает. А нас не сильно поругали и на том спасибо.
  Четвереченко Н.Н. выпуск 1974 год, 10-я рота.

«МЕДВЕДЬ»

 Сахалин. Суббота. Парко-хозяйственный день. Я дежурный по ПУ отдельной радиолокационной роты. Все по штатному... Подвели итоги, обед,- затопили баню...
  Метровая РЛС (П-14) располагалась километрах в трех на сопке. К ней вели две дороги. Одна, так называемая – лобовая, - это практически тропа, заросшая сахалинской травой по пояс и кустарником. Причем очень крутая – тяжелая как для спуска так и для подъема. Другая, в прямом смысле слова дорога, - более податливая, но гораздо длиннее и проходила она через поселок, где проживала часть офицеров роты. В том числе и начальник П-14 капитан Н.
  Офицеры попарились и двинули в поселок отмечать чей-то день рождения. Помылись остальные бойцы, настала очередь расчета П-14. Они спускались раз в неделю – получить паек, посылки, письма, помыться в баньке... Делалось это в два этапа т.к. РЛС находилась в постоянной боевой готовности и практически редко выключалась.
  Началось все с появления неисправности на П-14. Бойцы устранить не смогли – доложили в роту... Я, как дежурный, доложил командиру роты и по его приказу начал «оповещать» нужных офицеров. Звонки в поселок, просьбы, поиски того дня рождения, и т.д. и т.п. Ну... вызвал – вроде - кто-то им передал и мне подтвердил... Процесс пошел...
  Первым на станцию пришел капитан – начальник. По дальней дороге. Конечно после застолья, но сделал быстро. В училище с нами занимались серьезно. В любом состоянии соображал капитан.
 Но чего греха таить, - прерванное застолье, недосказанные тосты, в общем...- было у него там что-то, он добавил на радостях и начал спускаться по лобовой дороге в роту, надеясь, что командир даст машину отвезти его в поселок.
  Сил его хватило только до пол-горы. Сморило капитана – прилег он отдохнуть... Трава высокая, мягкая... Первая смена возвращалась на сопку. А на станцию прибыл лейтенант. Видит все в порядке – пошел тоже в роту по лобовой. Смеркало. На пол-горы ... – наступил на спящего капитана. Раздался рев и лейтенант, заорав с перепугу нечеловеческим голосом, пулей рванул обратно на сопку. Закрывшись в индикаторной, - доложил на ПУ, что вокруг станции нашествие медведей, он на одного наступил и еле ноги унес..., чтобы солдат не выпускали..., и его пришли выручать с автоматами... , он весь в крови. (С перепугу бежал не повторяя извилины тропы, а пер напролом, по прямой, царапаясь и ломая кусты.)…
  Я вызвал командира… Пока тот разбирался, выяснял, сомневался, оценивал и производил
какие-то другие свои командирские умозаключения с выводами - прибежала группа солдат, поднимавшаяся на сопку после бани с пайком и посылками. Во время начала «нашествия медведей» они были у подножья сопки счастливые, помытые, веселые и начали подъем.
О настоящих медведях они не только слышали много местных баек, но и не раз их действительно видели у сопки, видели их седы на позиции РЛС. Ну и, услышав дикий рев, треск кустов в сторону РЛС (пер лейтенант), и в низ, в их сторону – летел, ломая все на своем пути и ревя, капитан, - бросили все, что можно было нести и рванули назад в роту не чувствуя никакой усталости. Во время адского кросса они клянутся, что теперь на всю жизнь запомнили какие глаза у СТРАХА.
  Совсем сбили они с толку бедного командира. Все четверо рассказывали по разному, но страшно… Я все это слушал и ничего не мог понять вообще. Медведи, автоматы, посылки, окровавленный лейтенант… боевик какой-то. В голове только встала картинка из прочитанной когда-то книжонки «Злые духи Ямбуя» о медведях людоедах – жуть.
  Последним к финишу пришел капитан. … Он прихрамывал, был весь ободранный, грязный и его сильно трясло… От именин не осталось и запаха. Рассказ его был совершенно трезвый.
  …С пускаюсь я по лобовой, устал, решил передохнуть. Только присел, а «ОН» на меня как выскочит – наступил вот прямо на ногу и как заревет…, ГЛАЗИЩА - в-о-о-о!!! я вырвался и вниз, а он наверх попер…
  Командир! Давай автоматы... Без оружия ни шагу… Всем бойцам…
  Долго мы ломали головы пока все успокоились, рассказали без эмоций и картина прояснилась…
Смеялись Д-О-Л-Г-О. И сильно. И весь поселок и весь полк.
  А я сделал вывод: «СТРАХ – ТОЖЕ ВЕЛИКАЯ СИЛА!!!» Ну и глаза я их видел…

  От выпускника 1974г Четвереченко Н.Н.